Виктория Капская|Екатерина Михайлова
Истории людей, которые сидят в Беларуси за наркотики
заголовок в две строки
какое-то оч длинное и информативное описание всей проблемы, вот такое:
тыдфмр шимрвытдо лдм весапгоьл б южчуспоьлбдюжыучксепмироьлд чквапр олысмип ио агплос апгр ксмиг 5ск7анпмг с6кмепг 6кс7емг ск6мегск6 емг с6мпг с6емг с6емг с6емг6 м7 с67м8г с6ме8гтыдфмр шимрвытдо лдм весапгоьл б южчуспоьлбдюжыучксепмироьлд чквапр олысмип ио агплос апгр тыдфмр шимрвытдо лдм весапгоьл б южчуспоьлбдюжыучксепмироьлд чквапр олысмип ио агплос апгр ксмиг 5ск7анпмг с6кмепг 6кс7емг ск6мегск6 емг с6мпг с6емг с6емг с6емг6 м7 с67м8г с6ме8гксмигтыдфмртыдфмр шимрвытдо лдм весапгоьл б южчуспоьлбдюжыучксепмироьлд чквапр олысмип ио агплос апгр ксмиг 5ск7анпмг с6кмепг 6кс7емг ск6мегск6 емг с6мпг с6емг с6емг с6емг6 м7 с67м8г с6ме8г шимрвытдо лдм весапгоьл б южчуспоьлбдюжыучксепмироьлд чквапр олысмип ио агплос апгр ксмиг 5ск7анпмг с6кмепг 6кс7емг ск6мегск6 емг с6мпг с6емг с6емг с6емг6 м7 с67м8г с6ме8г тыдфмртыдфмр шимрвытдо лдм весапгоьл б южчуспоьлбдюжыучксепмироьлд чквапр олысмип ио агплос апгр ксмиг 5ск7анпмг с6кмепг 6кс7емг ск6мегск6 емг с6мпг с6емг с6емг с6емг6 м7 с67м8г с6ме8г шимрвытдо лдм весапгоьл б южчуспоьлбдюжыучксепмироьлд чквапр олысмип ио агплос апгр ксмиг 5ск7анпмг с6кмепг 6кс7емг ск6мегск6 емг с6мпг с6емг с6емг с6емг6 м7 с67м8г с6ме8г5ск7анпмг с6кмепг 6кс7емг ск6мегск6 емг с6мпг с6емг с6емг с6емг6 м7 с67м8г с6ме8гтыдфмр шимрвытдо лдм весапгоьл б южчуспоьлбдюжыучксепмироьлд чквапр олысмип ио агплос апгр ксмиг 5ск7анпмг с6кмепг 6кс7емг ск6мегск6 емг с6мпг с6емг с6емг с6емг6 м7 с67м8г с6ме8г
Александр Лукашенко подписал Декрет № 6 «О неотложных мерах по противодействию незаконному обороту наркотиков».
2010
таймлайн(но он не будет называться таймлайном)
тут что-то будет (или нет?)
Президент Беларуси Александр Лукашенко потребовал ужесточить наказания, связанные с наркотическими статьями, и наделил полномочиями по координации борьбы с наркотиками МВД.
В Беларуси появились курительные смеси «Спайс». Подростки, которые их употребляли, вели себя неадекватно и погибали.
декабрь 2014
конец декабря 2014
апрель 2015
МВД создало подразделение, которое занимается разведкой и анализом ситуации на наркорынке.
Матери осужденных по наркотическим статья, создали организацию «Матчын рух 328». Руководительница – Лариса Жигарь из Гродно.
лето 2015
В управление юстиции Гродненского облисполкома активисткам «Матчынага руха 328» отказали в регистрации общественной организации.
январь 2016
В МВД обсуждается возможность декриминализации преступлений по самым лёгким частям стать 328 УК РБ.
февраль 2016
Игорь Шуневич, министр МВД, сказал, что смягчение наказания за наркопреступления — шаг назад.
март 2018
Матери осуждённых объявили голодовку. Таким способом они решили добиться внимания властей и встречи с президентом.
конец апреля 2018
Президент Александр Лукашенко заявил о недопустимости послабления ответственности в отношении распространителей наркотиков.
май 2018
Заголовок
Текст о всех четырёх историях (длинный)
ыьфсчвспаол самп с анпиосан писан пиос пм8г ыьфсчвспаол самп с анпиосан писан пиос пм8гыьфсчвспаол самп с анпиосан писан пиос пм8гыьфсчвспаол самп с анпиосан писан пиос пм8гыьфсчвспаол самп с анпиосан писан пиос пм8гыьфсчвспаол самп с анпиосан писан пиос пм8гыьфсчвспаол самп с анпиосан писан пиос пм8г
Её сына Алексея
осудили в 17 лет за
0,49 грамм спайса.
Ему дали 8 лет
лишения свободы по
части 3 статьи 328.
До 15 лет Алексей и его старший брат воспитывались в полной благополучной семье. У них были деньги, машины, квартиры и отдых на море. Потом отец нашёл себе молодую женщину и ушёл из семьи. Это стало ударом для Людмилы и младшего сына.

«В произошедшем виню себя, потому что закрылась в своих проблемах от детей. Мне нужно было обратить внимание на то, как переживает развод младший сын. На вопросы «Где ты был?» отвечал, что с Лёшей. Думала, что это парень из колледжа, который был у нас дома. А оказалось, что это Лёша, который давно был известен нашей семье с плохой стороны», - рассказывает Людмила.

По её словам, они жалели его, он рос в неблагополучной семье. Принимали его дома, кормили и поили. За это он «отблагодарил» их – украл крупную сумму денег. Бывший муж Людмилы тогда сказал ему, что не будет подавать заявление в милицию. Но только при условии, что тот будет держаться от их семьи «в радиусе 3 км». Лёша его боялся, поэтому выполнил условие.


Развод родителей и плохой друг
Когда семья распалась, Лёша снова стал общаться с братьями. Сначала это был друг старшего сына Людмилы. Но он прекратил с ним общение, когда узнал про его увлечение наркотиками. Тогда Лёша стал дружить с младшим – Алексеем, которому нравилось, что друг старшего брата обратил на него внимание.

«Я и раньше слышала, что этот Лёша предлагает наркотики подросткам, вот и нашего угостил. Сын смалодушничал, хотел утихомирить свою душевную боль. Но за ним ничего подозрительного я не замечала. Единственное, однажды увидела открытую страничку с наркотическими смесями в интернете. Но на мои расспросы сказал: «Ты что меня в чём-то подозреваешь?» Я не забила тревогу, потому что привыкла доверять детям», - говорит Людмила.

Алексей учился на автослесаря на втором курсе автомеханического техникума, когда его задержали. (если ты пишешь что он учился, то логично продолжить эту мысль. Или убрать, чтобы не сбивала)

Последним адвокатам Лёша
уже не доверял. Думал, что их
нанимает государство, а не мы. Очередной защитнице пришлось
говорить кодовую фразу, чтобы
сын поверил ей.Это была фраза
«Микки (домашний ) заговорил.
Алексея арестовали в 15.30 18 февраля 2015 года. Его сдал этот Лёша, у которого не было отбыто 3 года условного срока за кражи. Когда его взяли за наркотики, он понял, что ему грозит большой срок. Из-за страха наказания решил часть вины скинуть на несовершеннолетнего Алексея, которому «не дадут много лет».

Лёша позвонил Алексею из кабинета следователя и договорился с ним о встрече на улице Могилёвская (что он ему сказал, когда позвонил?). Алексей взял с собой курительную смесь и пошёл на встречу с другом. Его задержали оперативники по фотографии из интернета (может есть еще какие-то подробности задержания). По словам мамы, при этом сыну закрутили руки, ударили его в лицо и избили. (вообще этот абзац надо как-то более внятно написать, как историю, а то он ка-то провисает).
В этот же день в 19.30 Людмиле позвонили из Фрунзенского РОВД и попросили подъехать. Она подумала, что это по поводу её пропавшего продавца (надо разъяснить), и обрадовалась звонку (почему обрадовалась? В чем выражалось? Голос был радостный?). Но ей сказали: «Мы бы на вашем месте так не радовались, потому что задержан ваш сын – Жданович Алексей». Тут надо пояснить что больше ничего не сказали.

По дороге во Фрунзенский РОВД Людмила перебирала в голове мысли, за что её младшего сына могли задержать. Она была в шоке от того, что это связано с наркотиками. (как она узнала об этом? Кто ей сказал и при каких обстоятельствах?).

Сейчас мама Алексея задаётся вопросом, что с её сыном делали все четыре часа, пока её не было. По словам Людмилы, об избиении она узнала только через год на свидании с сыном. Он сказал ей, что у него была вся синия спина, а рука не поднималась. Алексей думал, что мама об этом знает. Ведь об избиении он сообщил государственному адвокату, которая, как оказалось, не рассказала об этом.

«Я ещё при задержании удивилась, что мне разрешили принести еду сыну. Помню, как в кабинете следователя он плакал и давился сосиской. Оказалось, что нас хотели задобрить и скрыть факт избиения», - думает Людмила.
Людмила отказалась от услуг государственного адвоката, потому что, по её словам, она «ездила по ушам и пыталась усидеть на двух стульях»: угодить следователю и поиметь деньги со Ждановичей.

Кроме того, мама Алексея утверждает, что она оказала им медвежью услугу, сказав сыну не давать никаких показаний. Другой адвокат был другого мнения. Но уже советовал продолжать молчать, потому что во время перекрёстного допроса подростка могли запутать, и ситуация станет ещё хуже. (нужно переписать внятно)
«Последним адвокатам Лёша уже не доверял. Думал, что их нанимает государство, а не мы. Очередной защитнице пришлось говорить кодовую фразу, чтобы сын поверил ей. Это была фраза «Микки (домашний кот-прим.ред) заговорил», - говорит Людмила
Мама обрадовалась звонку из РОВД
Предательство и ложное обвинение
Мама Алексея хотела броситься под машину
23 июля 2015 Алексею вынесли приговор – 8 лет лишения свободы по части 3 статьи 328. Его обвинили в распространении наркотиков. Людмила утверждает, что он только употреблял их.

«Это как надо ненавидеть свой народ, чтобы вот так с ними обойтись. Как можно так жёстко, необдуманно посадить целое поколение молодых здоровых людей и создать им такие условия, чтобы они смерти просили. Это же угроза национальной безопасности. Как им, чинушам, не приходит в мозг вот такая простая мысль, что наши дети захотят отомстить», - недоумевает Людмила.

У мамы Алексея уходит много денег на содержание сына в тюрьме. Сначала адвокаты, долги, потом дорога и передачки в тюрьму. Она вспоминает, как сын написал, что ему на сменку нужны ботинки и робы, а денег у неё на это не было.

«Выхожу на улицу и хочу броситься под машину, чтобы покончить разом со всеми проблемами. А потом думаю, Господи, а кому мой сын будет нужен, кроме меня. Никому. Я нашла деньги (мне подарили их на день рождения) и купила ему необходимые вещи», - плачет Людмила.

Алексей находится в колонии Бобруйска. Там он получил диплом станочника и фрезеровщика. Сейчас дистанционно получает специальность «Транспортная логистика» в Минском инновационном университете.
«Лёша не переживает о работе, когда выйдет из тюрьмы, потому что у него есть рабочие специальности. Он переживает только о том, как к нему отнесётся общество», - говорит Людмила.
Около 15 000 человек с 2015 года осуждено по статье 328.
Её сына Максима осудили
в 18 лет за 147 грамм конопли. Ему дали 8 лет лишения свободы по частям 2,3 статьи 328 и части 1 статьи 332.
Максим – творческая личность. До ареста он снимал чёрно-белое кино, фотографировал людей, природу, сочинял музыку и писал рэп. В его компании были и парни, и девушки, почти все также как и он интересовались творчеством. Вместе они слушали и сочиняли музыки, придумывали тексты для песен в стиле рэп и читали их, ходили на концерты и выступали на них.

С Арсением Максим познакомился в соцсетях. Вместе они искали красивые места для съёмок, а свои лучшие работы готовили для выставки в Польше. Во время таких поисков парни набрели на поле дикорастущей конопли и решили её нарвать, чтобы засушить и выкурить.

«Наверное, творческие личности решили расслабиться. Когда я спросила у сына, зачем они её курили, сказал: «Да, мам, чисто поржать». Так мы увлекались, так мы и сели», - рассказывает мама Максима Лариса Жигарь.

Максима сдал милиции один парень из компании - Александр Матвейчик, который специльно снимал квартиру, где курил травку и склонял молодёжь к ней. Его взяли оперативники по жалобе соседей. Они приковали его на сутки к батарее и попросили вспомнить имена тех, кто курил вместе с ним. Иначе пойдёт за убийство, так как похож на одного разыскиваемого подозреваемого. Эта информация, как говорит Лариса Жигарь, фигурирует в деле.

«Вы представьте, что такое сутки без воды, еды, курева и туалета. На следующий день Александр сказал, что есть такой Максим Жигарь. А Арсений, которого тоже потом взяли, утверждал в милиции, что все пакеты с коноплей, найденные у него дома, принадлежат Максиму», - рассказывает мама Максима.

Она считает, что в этой компании друзей у Максима был только один друг. Остальные свидетельствовали против него на суде. Один до сих пор перебегает дорогу и опускает глаза, когда видит его маму. Ни Лариса, ни Максим с ними не общаются.



Творческие личности и расслабление коноплёй
«Мамочка, меня закрывают»
5 октября 2012 года сотрудники наркоконтроля пришли домой к семье Жигарь, чтобы провести обыск в комнате Максима. У него нашли два пакета с коноплей. После обыска, который длился три часа, оперативники забрали сына Ларисы в РОВД. Его допрашивали до 4 часов утра. Параллельно допрашивали еще трёх ребят из компании Максима.

После беседы оперативники отпустили Максима без всяких условий и подписок о невыезде. Единственное, поинтересовались у его мамы, не собирается ли он бежать и прятаться от милиции. Она сказала, что нет. Ровно через месяц его вызвали по повестке в милицию и предоставили дежурного адвоката, с которым семья заключила договор на оказание услуг.

На очередном допросе 13 ноября Максиму предъявили обвинение. Его направили в ИВС города Гродно на улице Гая, а на следующий день перевели в тюрьму на Кирова, 1.

«Помню, звонит мне Максим и говорит: «Ну, мамочка, привет. Всё. Меня закрывают, мне предъявили обвинение». Я у него спросила: «Скажи, ты выдержишь? Ты продержишься?» Ответил, что не знает», - рассказывает Лариса.

После девяти заседаний, 8 мая 2013 года суд приговорил Максима к 8 годам и одному месяцу лишения свободы с отбыванием в колонии усиленного режима. Арсению Шевцову и ещё одному парню, которые проходили по делу вместе с Жигарем, дали 2 года с отсрочкой на два года, а Александру Матвейчику - 4 года лишения свободы.

Максим отбывает наказание в «Волчьих норах» (Ивацевичский район) – исправительной колонии № 22. Это отдельная колония для осужденных по статье 328. В ней находится около 1000 ребят. Средний срок наказания – более десяти лет.

«Даже сейчас, находясь в колонии, он занимается творчеством. Сначала работал фотографом: делал фото на паспорт и снимал мероприятия. А потом пошёл в промзону шить одежду, потому что должность фотографа сократили. Специальность «швея-закройщик» он получил дистанционно в училище. Иногда по просьбе других ребят делает поздравительные открытки для их родных. Я передаю ему карандаши, бумагу и холсты», - рассказывает мама Максима.

По словам Ларисы, её сын в колонии возмужал, стал более рассудительным и сохранил чувство юмора. Научился оценивать не только ситуации, в которых оказывается, но и людей, которые его окружают. Теперь он уверен, что те, с кем он дружит, не предадут его.
«Тюрьма не исправляет. Она оставляет след в жизни – рубец, как после операции. Мы с мамами изучили законы разных стран. Поверьте, если там и назначают огромные сроки и расстрел, то за контрабанду, огромные партии наркотиков, синдикаты, но не за пыль в карманах. Наши дети должны понести наказание, но оно должно быть соизмеримо их преступлению», - говорит мама Максима.

По выходу из колонии Максим планирует уехать из страны в Польшу, потому что «Беларусь посадила его на 8 лет». У него в мыслях есть два проекта. Первый - заняться дизайном интерьера, а второй – стать модельером мужской и женской одежды.
Максим сохранил чувство юмора
Спустя время Лариса узнала от сына, что сотрудники тюрьмы избили его при поступлении. Положили его лицом вниз и стали бить дубинками, не оставляя следов. Говорили: «Если скажешь кому-то о том, что здесь происходит, будет плохо. Попадёшь в пресс-камеру, где тебя будут прессовать». Она дважды писала в Следственный комитет заявление с просьбой провести проверку по этому делу, и дважды ей приходили ответы: «недостаточно улик для возбуждения дела».

Подполковник Сергей Геннадьевич Паймышев, который производил обыск дома у Жигарей, рекомендовал Максиму сделать чистосердечное признание и взять на себя вину за сбыт. За это он обещал попросить прокурора о домашнем аресте. Спустя сутки после разговора Максим признался следователю во всём, даже в том, чего не совершал.

«Да, они курили травку в кругу друзей, но я не считаю это сбытом. Адвокат был удивлён. Сказал, что впервые столкнулся с тем, что за сутки сломали человека и заставили его признаться в том, чего он не делал. У следователя Максим себя вёл, как загнанный зверёк: ни на кого не обращал внимания и твердил, что он во всём виноват», - рассказывает Лариса.

После Максим решил отказаться от чистосердечного признания. В этом его убедил адвокат. Он попросил Максима подумать о родных и признать вину только за то, что он сделал. Парень не объяснил следователю причину отказа, он назвал её на суде. Сказал, что сознался во всём, потому что оперативные сотрудники оказали на него психологическое и физическое давление. Судья не принял эту информацию во внимание.

«На суде оказалось, что следователи рассматривали не вещдоки Максима. Целый месяц они их искали, а потом по сусекам поскребли, по амбарам помели, и как в сказке колобок, намели в пакетик. Дело в том, что спецпакетах, которые подписывал Максим, был ещё один – не его. Если в тех двух пакетах конопли, что нашли у Максима, трава была без всякого мусора, то в третьем – палки, ветки и другой мусор. И сын говорит, что не подписывал его, а подпись его на нём стоит», - говорит Лариса.
Травку курили, но не сбывали
До ситуации с сыном Лариса работала в Главном управлении Национального банка Республики Беларусь по Гродненской области. После того, как Максима посадили, с ней не продлили контракт.

«На работе всякое было. Кто-то, может, и судачил за моей спиной, но большинство поддержало. До сих пор звонят и спрашивают, как там сын. Они видели во мне сильного человека. Несмотря на то, что я пережила гипертонический криз, я собрала в кулак свои силы и поняла, что посвящу себя сыну и другим таким же ребятам», - говорит Лариса.
Лариса не могла свыкнуться с приговором сына, поэтому писала заявления во все инстанции, но отовсюду приходили одни отписки. Тогда коллеги помогли ей найти журналиста – Яна Кроумана из «Радыё Рацыя», который заинтересовался её историей и еще нескольких мам. Они рассказали ему и белорусским правозащитникам, «как вершатся приговоры и какие несправедливые суды проходят в Беларуси».

Во время этой встречи им пришла мысль создать объединение матерей, которые будут бороться за своих детей. Они подали запрос о регистрации «Матчынага руха 328» в Главное управление юстиции Гродненского облисполкома. Пришёл отказ, как и от других инстанций. Поэтому женщины решили стать гражданской инициативой, участницы которой «будут обивать пороги чиновников» и добиваться справедливости. Так у Ларисы появился смысл и новое дело её жизни, которым она продолжит заниматься и после освобождения сына.

Создание «Матчынага руха 328»
0,0175 грамм - вес, за который 16-летнего подростка посадили на 8,6 лет.
Рассказывает Татьяна
Алиева из Минска. Её 21-летнего сына Руслана задержали за распрос-
транение наркотиков в составе группы лиц. Ему
дали 14 лет лишения сво-
боды по части 4 статьи 328.
У Татьяны и её мужа раздельный бизнес. Они оба торгуют овощами на минском рынке. Живут отдельно, но общаются. У них два сына, один из них – Руслан - сидит в тюрьме за наркотики.

Татьяна описывает его, как домашнего ребёнка, который учился в лингвистическом университете на переводчика, играл в «танчики» и «дракончики» на компьютере. Не пил, не курил, часто проводил время с младшим братом. Помогал ей в работе: привозил овощи, разгружал их.

«Учителя говорят, что он хороший по сравнению с младшим дерзким братом. Соседи в шоке от того, что Руслана поймали на наркотиках, - рассказывает Татьяна. – Он добрый молодой человек. Всегда кормил дворовых котов. Давал деньги тем, кто просит их на улице. Например, я один раз побоялась дать больному парню деньги, а Руслан догнал его и дал».

Сын Татьяны встречался с девушкой Алёной, сейчас они уже расписаны. Поженились в тюрьме 26 октября 2016 года. Татьяна на невестку немного обижена, потому что она всё знала и ничего ей не сказала.

«После суда ругались с ней. Она сидит, плачет. Спрашиваю: «Алёна, чего ты плачешь. Тебе хорошо, ты на свободе, а дитёнок в тюрьме сидит». Не знаю, может, если бы я знала, то могла бы что-нибудь сделать», - вспоминает Татьяна.

Она видела, что у Руслана появляется новые кроссовки, новые часы. Сын говорил ей, что покупает товары по доллару, а продаёт их по 35 – отсюда и деньги на карманные расходы.

«Я ему говорила: «Смотри, если связан с наркотиками, сегодня-завтра что-нибудь случится. Ты не самый умный». А он говорил своей девушке: «Смотри, Алёна, мама говорит, что я наркоман, наркотики продаю», - говорит Татьяна.- Муж мне говорил, что Руслан что-то покуривал, а я его постоянно защищала. В случившемся есть и моя вина».
Домашний ребенок, лингвист-переводчик
Я ему говорила: «Смотри, если связан с наркотиками, сегодня-завтра что-нибудь случится. Ты не самый умный
Руслана задержали 3 июня 2015 года – в день рождения его девушки – во дворе её дома. Их остановили сотрудники ГАИ Советского района под предлогом проверки документов. С ними были и следователи. Они нашли в машине Руслана 76 таблеток трамодола и меньше грамма альфа-пвп. В свидетели взяли соседей Алёны, а девушке посоветовали собрать вещи и искать нового парня: «Что? Ты будешь ждать его 15 лет?»

«Мне позвонил муж и сказал, что Руслана задержали. Когда я пришла домой, у нас уже сидели сотрудники милиции. Во время обыска они ничего не нашли, только изъяли телефоны и компьютеры, где велась переписка. Сказали, что мы можем Руслану отнести еду в Центральный РОВД, но его мы там не увидели», - говорит Татьяна.

Руслан оказался замешан в громком деле о 14 торговцах наркотиками от 18 до 25 лет, которые были связаны с известной группой LegalMinsk. Всех, кроме него, задержали в конце 2014 году. Руслана, по словам мамы, взяли последним. Каждому из участников дали от 10 до 15 лет лишения свободы. Среди них есть и молодая мать.

Как говорит Татьяна, следствие длилось больше года. Она проходила по делу свидетельницей.

«Когда я пришла забирать вещи Руслана, у меня спросили, где он учится, с кем встречается. По этим показаниями мне дали статус свидетельницы и сказали, что я не могу присутствовать на суде. Девушка Руслана как свидетельница могла находиться в зале суда. Её допрашивали, дарил ли подарки, где гуляли. Наверное, хотели закрыть и её, но она отвечала грамотно. О том, что происходило на суде, мне не особо рассказывала», - говорит Татьяна.

Адвокат после заседаний уверял маму Руслана: «Татьяна Геннадьевна, не переживайте, 14 лет ему не будет. На него ничего нет». Но, как утверждает Татьяна, они зря потратили большую сумму денег. Говорит, что «любые адвокаты, даже золотые, бесполезны по статье 328». Сын тоже писал ей в письмах, чтобы она даже не думала их нанимать, потому что «это выкинутые деньги». По их мнению, ни один адвокат не сможет повлиять на приговор и наказание по статье 328.

В мае 2016 года озвучили приговор «по делу четырнадцати». Руслан получил 14 лет лишения свободы. Главарь наркотического интернет-магазина, у которого были свои спортивные магазины, дорогие машины и квартиры, сказал правоохранительным органам, что эти 14 ребят его подельники. Руслана он обвинил в том, что передал ему 3 кг альфа-пвп для оптовой продажи. Но как утверждает Татьяна, Руслан не знал владельца магазина. Он согласился только с тем, что трамодол и альфа-пвп, который нашли в машине, его.

«Дело четырнадцати»
Страх за младшего сына
Жизнь Татьяны изменилась. Много денег уже ушло на адвокатов и уходит сейчас на поездки и передачи. Она постоянно находится в стрессе, часто плачет. Люди жалеют и поддерживают её.

Мама Руслана признаётся, что боится за то, каким её сын выйдет из тюрьмы. Она замечает, что «у Руслана поменялись глаза, и он стал нервным». Им уже не о чем говорить. Татьяна считает, что он уходит в себя. Говорит, что ему становится всё тяжелее. Когда она просит его держаться, успокаивая, что может, к 2020 году что-то изменится, он отвечает: «Ну, мам, ты такая смешная».

На свидания она ездит два-три раза в год. О колонии Татьяна отзывается положительно: работники относятся хорошо, в каждой гостевой комнате есть телевизор, на улице - детская площадка, беседки.

Передаёт ему две-три передачи по 30 кг. Иногда мамы, которым можно передать 60 кг, предлагают поделить поровну, потому что у них нет столько денег на них. Татьяна покупает Руслану колбасу, сыры, овощи, каши. Раз в неделю он звонит на 7 минут.

«Он, как и все наркоманы, работает на промке (промышленная зона-прим.ред), чистит проволоку. В свободное время они ходят в спортивный зал, играют в футбол, в клубе чем-нибудь занимаются», - говорит Татьяна.
Планы Руслан не строит, потому что он выйдет, когда ему будет под 40 лет. Ушёл мальчишкой, а придёт мужчиной.
«Мама, ты такая смешная»
«Если бы наркотики исчезли из-за того, что моего сына посадили, пускай бы сидел – я не против. Но их-то становится всё больше. Об этом Казакевич (начальник главного управления по наркоконтролю и противодействию торговле людьми криминальной милиции МВД Беларуси –прим.ред) говорил по телевизору. Нам твердят, что наши дети заработали эти сроки. Так какие сроки, если он мне даже лаборатории не оставил, чтобы я его содержала», - говорит Татьяна.

Женщина считает, что молодым парням достаточно попасть в СИЗО, чтобы понять свой проступок. После него они больше не пойдут употреблять или распространять наркотики.

«Моему младшему ребёнку 13 лет, и я за него боюсь. Ему тоже могут предложить заработать, и он согласится, потому что все хотят красиво жить. Не знаю, почему старший связался с наркотиками, ведь у него всё было. Наверное, захотел тюремной романтики», - говорит Татьяна.

10 лет - средний срок лишения свободы по статье 328.
Рассказывает Дарья Королёва из Солигорска. Её парня Игоря Гуриновича осудили в 25 лет за 0,05 грамм альфа-пвп. Ему дали 9 лет лишения свободы
Дарье 20 лет. Она живёт в Солигорске и работает оператором в почтовом отделении города. С Игорем она познакомилась в 2013 году на мотослёте в Пинске, куда приехала с братом. Их палатка и палатка Игоря находились рядом. Вечером парень зашёл к ним, чтобы поговорить о мотоциклах, и после разговора пригласил Дарью прогуляться. Сначала они дружили, а потом начали встречаться. Вместе жили у его мамы.

Во время знакомства она узнала, что Игорь работает сварщиком на ОАО «Беларуськалий», а в свободное от работы время проводит в гараже, который построил сам, чтобы заниматься ИП. Там он красит и реконструирует мотоциклы и автомобили за деньги. Перед задержанием купил старенькую машину и восстанавливал её.

Рома плохо относился к наркотикам и людям, которые их употребляют. Школьных друзей, которые баловались ими, отговаривал от этого и останавливал. Когда ужесточили статью 328, он был даже рад, что кто-то сядет надолго и поймёт, что он натворил. Игорь говорил, что даже за большие деньги ни за что в жизни не попробует наркотики.

В декабре 2017 года к нему приехал очередной клиент – Рома, которому на вид был 22-23 года. Он попросил Игоря убрать царапину на машине. Парни сдружились и начали общаться. Но общение не выходило за рамки гаража. По словам Дарьи, новый друг Игоря приезжал к нему только тогда, когда ему что-то было нужно.

В середине января 2018 года Рома попросил у Игоря старенькую машинку, чтобы съездить к девушке. Так как Игорь уже доверял Роме – разрешил. Обычно через два-три часа он её возвращал. Сам мыл и заправлял. Так Рома одалживал машину три-четыре раза в месяц.

«У меня Рома доверия не вызывал. Он был ветреный. Постоянно рассказывал, как, где и с кем погулял. Постоянной девушки у него было. Но мы не замечали, что он занимается чем-то подозрительным и противозаконным», - рассказывает Дарья и добавляет, что, по словам Ромы, он работал на предприятии «ЛМЗ Универсал».

Новый друг Рома, который одалживал машину
6 марта Дарья увидела, что вокруг машины Игоря ходят мужчины, как потом оказалось, милиционеры в гражданской одежде, и что-то рассматривают. Один в это время сидел в машине и наблюдал. Потом одного из них она заметила в подъезде, когда ходила выбрасывать мусор: он заглядывал в почтовые ящики. Девушка не придала этому значению, думало, мало ли чего они ходят. Она считала, что если бы что-то случилось, уже бы позвонили или пришли.

Около 12 часов Дарья позвонила Игоря. Он поднял трубку и сказал: «Ты мне пока не звони. Я сам наберу». В это время на «Беларуськалии» его вызвали на пост охраны. Сказали, что пришли милиционеры, так как его машину (ту, которую он одалживал Роме) вскрыли, и им нужны его документы на неё.

«Игорь вышел на пост, и его задержали. Сказали, чтобы он не отпирался и во всём признался. Обещали, что всё будет хорошо. Но Игорь даже не понимал, в чём дело, - говорит девушка. – Как потом рассказал на свидании Игорь, в Солигорске его избивали. Хотели, чтобы он признался в распространении наркотиков, но он этого не сделал».

О том, что Игоря задержали, Дарья и его мама узнали в четыре часа вечера, когда домой пришла милиция с обыском. Они обыскали квартиру, но ничего не нашли. На следующий день – 7 марта – они провели обыск в гараже и в машине. В той машине, которую брал Рома, нашли большой продуктовый пакет, а на его стенках – опыление – 0,05 грамм альфа-пвп. Кроме этого, в пакете лежала изолента. Игорь сказал следователям, что это не его, а Ромы, потому что он её брал покататься, а сам ездил на работу на другой машине. Но они не приняли это во внимание, только спросили, зачем он давал. Потом Дарья узнала, что за передвижением второй машины Игоря следили с февраля.

Родные Игоря пытались найти Рому, но не смогли – телефон недоступен, а его местоположение неизвестно. Друзья молодых говорили то, что он уехал за границу, то, что его наказали по части 1 статьи 328 и дали четыре года лишения свободы.

«Мне говорили, что Рома в наркотическом состоянии в каком-то кафе, не в Солигорске, кому-то раздавал альфа-пвп», - вспоминает Дарья.
В машине Игоря нашли пыль от наркотиков
Первое заседание суда прошло 31 мая 2018. Всего их было три. Свидетелями в пользу Игоря выступали его мама и соседи, против него – сотрудники РОВД, которые задерживали. На суде к показаниям Игоря цеплялись.

«Если он что-то сказал не так, как вчера, у него спрашивали, а почему ты так сказал, а почему то, а почему это. Но человек же не может помнить дословно, как он говорил вчера, или что произошло с ним два-три месяца назад», - говорит Дарья.

От дежурного – государственного адвоката – Игорь отказался, но причину никому не сказал. Его девушка и мама начали искать частного. В Солигорске никто не хотел браться за статью 328, потому что, по их мнению, это проигрышное дело. Тогда Дарья и мама Игоря поехали за адвокатом в Минск. Он просил не маленькие деньги. Один его визит обходился в 100-150 долларов. И то - он сказал солигорским клиентам, что самое большое, что он может сделать для Игоря – это 8 лет лишения свободы по части 3 статьи 328, по которой его обвиняли.

«В качестве доказательств в распространении обвинители использовали найденный продуктовый пакет с «пылью», содержимое которое он якобы продал. Свидетелей, переписок или других фактов, что он это делал, не было», - отмечает Дарья.

2 июня 2018 года Игорю вынесли приговор – 9 лет лишения свободы и конфискация имущества – две машины и один мотоцикл. Сказали, что он с «каким-то неустановленным лицом делал закладки на территории Солигорска». Адвокат не советовал обжаловать приговор в Верховном суде. Во-первых, потому что это лишняя трата времени и денег, а во-вторых - ситуация могла стать ещё хуже.

До начала заседания Игорю стало плохо. Его обкололи обезболивающими и привезли в зал суда. После вынесения приговора вызвали «скорую», врач сказал, что это аппендицит – нужно оперировать.

Его положили в солигорскую больницу и прооперировали. Через два дня Игоря уже хотели выписывать, но Дарья и его мама добились у врача, чтобы пока ещё не выписывали, так как в Жодино «он со своими швами никому не нужен». Игоря оставили в Солигорске на семь дней.

Видеться ему ни с кем не давали. Мама могла только зайти в палату на 1-2 минуты, чтобы передать покушать. В палате и возле неё дежурили сотрудники РОВД.

После его перевели в Жодино, а с Жодино – в исправительную колонию № 2 Бобруйска. Две недели он находился на карантине, где адаптировался к новым условиям жизни.

Из доказательств был только пакет и «пыль» в нём
Игорь и Дарья собираются пожениться в тюрьме
Приговор ошеломил всех – и Игоря, и маму, и Дарью. Игорь расстроился из-за того, что его «закрыли» ни за что. 53-летняя мама (у неё инвалидность) - из-за того, что её единственного сына, которого она растила без отца, посадили в тюрьму. Дарья – из-за того, что у неё забрали её будущего мужа.

Каждые пять дней от Игоря приходит письмо. Он пишет, что у него всё хорошо. Дарья считает, что другого он написать не может, так как все письма читают цензоры. Игорь надеется, что за хорошее поведение он попадёт под смягчение приговора.

У Дарьи и его мамы осталось много долгов и кредитов за услуги адвоката и содержание Игоря в ИК-2. Сейчас они ещё собирают деньги, что выплатить государству 400 долларов, которые Игорь якобы заработал на продаже наркотиков. Чем быстрее он погасит долг, тем быстрее подаст заявление на изменение действующего наказания на условно-досрочное, говорит Дарья. Сам он не может отдать такие деньги, находясь в колонии.

«Я общалась с мамами осужденных. Одна рассказала, что её сын вытягивает проволоку из машин – за что получается около 6-7 рублей в месяц. Другая, что её дочь делает мочалки, за них она ежемесячно получает всего 70-80 копеек», - рассказывает Дарья.

Девушка Игоря общается с его мамой. Помогает материально – даёт деньги, физически – убирает в квартире и готовит еду, морально – поддерживает её. Её мама тоже не находится в стороне.

«Моя мама поверила нам, что Игорь не виновен, и не отреклась от нас. Хотя многие – соседи и знакомые – говорят, что он наркоман, что я замешана в этой истории, что мама плохо его воспитала, - отвечает Дарья. – Я считаю несправедливым, что многие ребята, не причастные к наркотикам, сидят в тюрьме по статье 328. Надеюсь, нас услышат – и смягчат закон».

Сейчас главная цель Игоря – вернуться домой, а потом семья и дети. Дарья и Игорь собираются пожениться ближе к зиме, когда уладят вопросы по долгам и кредитам. Их распишут сотрудники бобруйского ЗАГСа, который находится в Бобруйске.

14 лет - в этом возрасте подростка могут посадить в тюрьму за наркотики.
заголовок в две
строки
какой-то текст может быть (а может и нет)